Чаще всего грануляцию делали «мокрым» способом: горячий, жидкий шлак быстро охлаждали холодной водой, за счет чего он дробился на мелкие фракции. Но очень часто на металлургических предприятиях грануляционные бассейны, куда по желобу подавался расплавленный шлак, обдаваемый водой, использовался не только по своему прямому назначению, но и как своеобразная купальня.

Сотрудники металлургического завода, игнорируя все правила техники безопасности, забирались в этот бассейн и принимали ванны из шлаковой воды, считающейся целебной. Рядом с знаменитым заводом «Азовсталь», например, находилась неглубокая балка, в которую стекала вода после грануляции шлаков. Этот ручей у местного населения тоже пользовался огромной популярностью: в его горячие воды погружали либо больные конечности, либо все тело целиком — считалось, что шлаковая вода хорошо лечит заболевания суставов.

Первая в России и первая в СССР шлаколечебница

Купание в заводских стоках, столь популярное в начале 1980-х гг., вовсе не было открытием в отечественной медицине. Еще до октябрьской революции один из врачей, посещая Липецкий металлургический завод, уловил при выпуске шлака из домны в бассейн характерный запах сероводорода, который напомнил ему целебные источники Мацесты и Пятигорска. По инициативе этого врача в 1916 году в Липецке была построена первая в стране шлаколечебница, где пациенты успешно лечили застарелый ревматизм и некоторые кожные заболевания.

После событий 1917 года больница закрылась, но в 1930 году о необычном способе лечения снова вспомнили, и при одном крупном металлургическом предприятии вновь открыли шлаковую водолечебницу, первую в СССР. В скромном помещении находилось всего лишь три сероводородные ванны, а из персонала имелся один врач и директор заведения, который заодно выполнял обязанности завхоза, бухгалтера и слесаря-водопроводчика.

Поначалу отношение к исцелению шлаковыми водами было скептическое, но буквально через пару лет после открытия здравницы выяснилось, что число желающих попасть туда превышает возможности заведения. При шлаковых отвалах различных металлургических предприятий страны начали возникать все новые и новые водолечебницы. Медики утверждали, что после грануляции шлаков состав воды становится практически таким же, как в сероводородных источниках естественного происхождения.

Чем полезна грануляционная вода

Самые первые советские шлаколечебницы показывали очень неплохой результат: при лечении невралгий и заболеваний суставов значительное улучшение здоровья наблюдалось у четверых пациентов из пяти. Кожные заболевания полностью проходили у четверых из десяти, а общее улучшение самочувствия фиксировалось у сорока пяти из каждой сотни пациентов.

В послевоенные годы число таких бальнеологических заведений увеличилось в несколько раз, расширился и перечень недугов, при лечении которых хорошо помогала шлаковая вода. Теперь лечебницы принимали пациентов с заболеваниями периферической нервной системы, с некоторыми видами гинекологических проблем, с гипертонией, а также тех, кому требовалось восстановление после хирургических операций.

Но, конечно, далеко не всегда грануляционная вода способна на чудеса исцеления. Прежде всего ее эффективность зависела от содержания количества сернистых соединений. А их концентрация могла варьироваться в зависимости от химического состава шлака, его вязкости и длительности контакта с водой. Иначе говоря, чем быстрее шлак попадет из доменной печи в грануляционный агрегат, тем насыщеннее будет вода сернистыми соединениями, и тем выше ее лечебный эффект.

Искусственные ванны и недостаточное внимание к шлаковым водам

Несмотря на то, что лечение грануляционными водами показало неплохие результаты и, что самое главное, могло задействовать не важные ресурсы, а всего лишь отходы производства, многие металлургические комбинаты воспринимали подобные здравницы как нечто обременительное для бюджета предприятия.

Некоторые заводы перестали использовать шлаковую воду и готовили целебные ванны из обычной воды, добавляя в нее сульфид натрия и соляную кислоту. Руководство этих предприятий утверждало, что эффект от искусственных сероводородных ванн такой же, как и от натуральных, но большинство медиков с ними не соглашалось, поскольку доменные шлаки состоят из окислов множества элементов, образующих между собой сложные соединения, также оказывающих благоприятное влияние на здоровье.

К началу 1980-х гг. в стране насчитывалось несколько десятков металлургических предприятий, а вот действующих шлаколечебниц осталось всего лишь шесть. Их пропускная способность не превышала сотни человек в день, и то — лишь в том случае, если в заведении имелось не менее девяти-десяти ванн.

Со временем часть этих здравниц закрылась, другая часть была преобразована в традиционные водолечебные учреждения — с кислородными коктейлями, душем Шарко, лечебными грязями и физиотерапией. До нашего времени не дожила ни одна из существовавших в СССР шлаколечебниц…

___________________________________________________

Еще о жизни в СССР:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Как и зачем в СССР строили шлаколечебницы появились сначала на Life in the USSR.

Чуть позже идею скользящего графика поддержал ряд предприятий Польши, Венгрии, ГДР. В СССР пионером в этом деле стал крупный эстонский комбинат по переработке сланцев. Руководство комбината перевело на свободное расписание бухгалтерию, конструкторское бюро, большинство лабораторий собственного НИИ и инженерно-технические службы предприятия.

Основные условия для работы по свободному расписанию

Конечно же, проведение подобного эксперимента не означало, что теперь каждый может нарушать трудовую дисциплину, как ему вздумается, и ходить на работу исключительно по своему желанию. По условиям эксперимента средняя продолжительность рабочего дня оставалась прежней. Но сотрудники предприятия могли приходить на работу и в семь утра, и в восемь, и в девять. Такой же широкий интервал устанавливался и для времени окончания рабочего дня.

Обеденный перерыв тоже больше не привязывался к определенному временному интервалу: уходить на обед можно тогда, когда в этом есть потребность. Причем, если было нужно, то на обед можно было отвести не час, как полагалось раньше, а полтора или даже два часа. Главное, чтобы сотрудники обязательно находились на рабочих местах с 10 до 12, и с 14 до 16 ч. Это нужно для того, чтобы была возможность решать производственные вопросы сообща, если того требует поставленная перед отделом задача.

Что делать с переработкой и недоработкой?

Прежде чем начать эксперимент со скользящим графиком, сотрудники НИИ тщательно продумали все детали. Например, если человек пришел на час позже официального начала рабочего дня, то он не обязан в этот день задерживаться на это же время вечером. Восполнить эту задолженность по часам можно и завтра, и послезавтра, и через несколько дней.

То же самое касалось и переработки. Задерживаясь на рабочем месте, сотрудники могли накопить некоторый запас часов, а потом взять отгул в удобное для себя время. Ограничение было одно: за месяц как недоработка, так и переработка не должны были превышать 5%, т.е. примерно 9 часов рабочего времени. Ну и конечно же, существовала оговорка, что если того потребуют нужды предприятия, руководители отделов вправе перевести сотрудников на обычное, «жесткое» расписание.

Кстати говоря, именно на этом предприятии впервые в СССР возникла идея «банка времени»: часть переработок (около 15%) направлялась в общественный фонд, из которого можно было помочь коллегам — выделить время на лечение, например, или устроить общественные мероприятия.

Сокращение потерь рабочего времени

Как бы сомнительно в плане соблюдения дисциплины ни выглядел этот эксперимент, на деле оказалось, что неизбежные потери рабочего времени существенно сократились. Раньше, к примеру, сотрудники нередко отпрашивались пораньше с работы, чтобы решить какие-то собственные проблемы (отвести ребенка к врачу и т.п.), и потери рабочего времени из-за таких ситуаций составляли внушительную цифру. Скользящий график решил эту проблему: потери времени сократились примерно на 3,5 часа в месяц.

Интересно и то, что многие участники эксперимента не стали менять свои привычки. Почти половина сотрудников, переведенных на скользящий график, начинала и заканчивала свой рабочий день в те же часы, что и раньше. Еще часть сотрудников предпочли чуть раньше начинать работу — минут на 15-20, и тем самым накапливать некоторый резерв для отгулов.

Эксперимент, который пришелся по душе всем

Если поначалу перевод комбината на свободное расписание у многих вызывал недоверие, то уже через пару месяцев выяснилось, что желающих нарушать трудовую дисциплину оказалось крайне мало. Скорее даже наоборот: самоконтроль повысил уровень ответственности. Стиль руководства, кстати, тоже изменился: начальство больше не высказывало претензии из-за опоздания на 5-10 минут, а сотрудникам не приходилось оправдываться, объясняя, что снова не получилось влезть в переполненный автобус или что дочка в последнюю минуту перед выходом в школу вспомнила о необходимости принести какую-то поделку…

За ходом эксперимента следило НИИ труда и Всесоюзный научно-методический центр по организации труда и управления. Первые 5 лет, которые условно отнесли к пробной стадии перехода на скользящий график, показали только положительные результаты. Ведь помимо сокращения потерь рабочего времени было отмечено повышение производительности труда и улучшение самочувствия сотрудников.

Ведь теперь у большинства из них появилась возможность включаться в работу в наиболее благоприятное для себя время (вспомним вечные проблемы «сов» и «жаворонков»), снизилась психологическая нагрузка (страх перед начальством за опоздания или необходимость объяснений, когда требуется отгул), ну и тот факт, что на работу теперь можно приезжать, минуя часы пик, тоже оказалось немалым достоинством этого эксперимента.

Почему удачный эксперимент свернули

Пожалуй, единственной проблемой во всей этой истории стало отсутствие автоматического учета времени, в течение которого человек находился на работе. Все подсчеты недоработок и переработок велись по старинке, записями в конторских книгах, и это, конечно, было довольно утомительным занятием, да и для нарушителей дисциплины оставляло мощную лазейку. Впрочем, предприятие на тот момент уже планировало закупку ЭВМ и создание отдела, который занимался бы задачами по подсчету времени.

К сожалению, в начале 1980-х эксперимент свернули, причем скорее по идеологической причине, нежели по какой-либо другой. Свободный график и существование «банка времени» настолько не вписывались в рамки советской действительности, что руководству страны такие «вольности» показались опасными. Эксперимент был прекращен по указанию «сверху», хотя некоторые его идеи не исчезли бесследно и развились в полноценные концепции, но, к сожалению, уже не отечественные, а зарубежные…

___________________________________________________

Еще о жизни в СССР:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Работа по свободному расписанию: советский эксперимент со скользящим графиком появились сначала на Life in the USSR.

В предвоенные годы промышленность научилась использовать для производства плавленых сыров обезжиренное молоко, остающееся после сепарирования на маслодельных заводах и не находящее сбыта. Из такого молока начали делать обезжиренную брынзу и сыр, которые в смеси с жирными белковыми продуктами служили идеальным сырьем для плавленых сыров.

Именно таким, на 75% состоящим из обезжиренного сырья, был плавленый сыр «Новый», который в огромных количествах делали во времена Второй мировой войны. В те годы его выпускали в фасовке самых разных форматов: брикетами по 100, 200, 500 и 1000 г; блоками в 3-5 кг; в оболочке, напоминающей батон колбасы.

Сладкие плавленые сыры

Начиная с середины 1950-х гг. в стране было построено множество заводов плавленых сыров, что позволило увеличить и количество продукции, и ее ассортимент. К началу 1960-х плавленых сыров вырабатывалось даже больше, чем сыров натуральных, и основным сырьем становились те самые обезжиренные продукты, которые раньше заводы возвращали в сельское хозяйство для выпойки скота.

В 1960-е в стране производилось более 40 видов плавленых сыров. Друг от друга они отличались и вкусом (от острого до сладкого), и цветом (от кремового до оранжевого и фисташкового), и консистенцией (от ломтиков до пастообразного состояния). Следующим производственным этапом стало изготовление сыров с наполнителями — для этого использовались специи и пряности, томатный соус, копчености, колбасные изделия, морепродукты, грибы. Но все же отдельной, «десертной» категорией, были сладкие плавленые сыры.

Нельзя сказать, что группа десертных сыров была обширной — сюда входили лишь Фруктовый, Шоколадный и Кофейный сыр. Интересно то, что производители рекомендовали употреблять их не только в качестве десерта, но и для приготовления напитков, растворяя сладкий сыр в кипятке. По содержанию сухих веществ эти сыры представляли собой концентрат, в составе которого имелись белок, жир, сахар и определенного вида наполнитель — какао или кофе, например.

Как делали сладкие сыры — кофейный и шоколадный

Технология изготовления таких сыров была общей для всех видов, за исключением некоторых нюансов. Основным сырьем служил свежеприготовленный творог, сливочное масло, сахар и наполнители. Иногда в сырную массу добавляли и стабилизаторы — агар-агар или желатин. Если же нужно было получить более плотную консистенцию, то добавляли сычужные жирные сыры, сухое молоко или сухие сливки.

При производстве Кофейного и Шоколадного сыра в плавильный котел загружали одновременно пропущенный через сито творог, сычужный сыр, соль-плавитель (обычно динатрийфосфат), сухое молоко и какао или кофе. Состав нагревали до 70 градусов, после чего добавляли к нему сливочное масло и продолжали плавление до 80-85 градусов. Затем добавляли сахар и на самом последнем этапе — агар-агар и ванилин. Продолжительность плавления составляла 30-45 минут.

Затем сырную массу гомогенизировали под давлением и на автоматических линиях фасовали по брикетам. После расфасовки сыр охлаждали и упаковывали. Некоторые предприятия в такой сыр добавляли измельченный грецкий орех, который предварительно обжаривали, дробили и заливали сахарным сиропом для улучшения вкуса.

Фруктовый плавленый сыр

Технология изготовления этого сыра несколько отличалась от того, как делали Кофейный и Шоколадный. Если в производстве первых двух сыров использовались сухие ингредиенты, а структура улучшалась с помощью стабилизаторов, то при производстве Фруктового сыра в плавильный котел закладывали творог, несоленый сыр, соль-плавитель и все это хорошенько перемешивали.

Затем состав плавили горячим паром, при температуре 60-75 градусов добавляли сливочное масло и продолжали нагревание. После этого в смесь вводили сахар и на последнем этапе — подготовленные сухофрукты. В качестве вкусовых добавок чаще всего использовалась курага или сушеные яблоки.

Сухофрукты промывали, измельчали, обваливали в сахарной пудре и выдерживали 2-3 часа до полного растворения сахара. Если же по каким-либо причинам на предприятии отсутствовало необходимое количество сухофруктов, в качестве наполнителя использовались фруктовые эссенции. Некоторые предприятия специализировались на изготовлении фруктового сыра с изюмом.

Все сладкие плавленые сыры могли храниться не более 15-30 дней. При более длительном хранении они теряли свой фруктовый аромат и приобретали неприятные вкусовые нотки. Но, как правило, так долго эти сыры на прилавках не залеживались — недорогая, с нежным кисло-сладким вкусом продукция всегда пользовалась хорошим спросом у покупателей.

___________________________________________________

Еще о жизни в СССР:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Сладкие плавленые сыры советских времен: виды и состав появились сначала на Life in the USSR.

В общем, пользовались копировальной бумагой все, от мала до велика, но при этом мало кто знал, как и из чего ее делают, и какой маленький, но важный нюанс влияет на то, что отдел контроля может забраковать всю партию готовой продукции — при ее визуальной безупречности.

Из чего делали копировальную бумагу времен СССР

Первые стандарты для изготовления копировальной бумаги в СССР разработали в 1952 году и вплоть до распада страны в эти ГОСТы вносились лишь совсем незначительные, минимальные изменения. «Копирку» выпускали двух видов: для получения копий на печатной машинке и для письма карандашом. В 1970-е годы сюда добавился еще один вид бумаги — для переноса рисунков на ткань.

Разница между бумагой для ручного и механического копирования заключалась лишь в толщине материала: для карандаша делали чуть более плотную бумагу, для машинки — потоньше. Во всем остальном технологическая схема производства оставалась одинаковой: сначала делали копировальную краску, затем наносили ее на основу, после этого окрашенный рулон разматывали, нарезали на отдельные листы и упаковывали в конверты, коробки или папки.

В состав краски для копирования входили очень неожиданные, на первый взгляд, ингредиенты: различные воски (церезин или горный воск); масла (парфюмерное или вазелиновое); жирорастворимые красители; пигменты (сажа, железная лазурь, фиолетовый лак). Чтобы окрасить бумагу, огромный рулон пропускают через систему валов, один из которых вращается в ванне с расплавленными красящими ингредиентами и наносит этот состав на полотно.

Появление точек не допускается

После окрашивания бумага проходит систему охлаждающих валов (их охлаждение обеспечивала обычная проточная вода), и, когда состав застывал, бумагу снова сматывали в рулон — чтобы через некоторое время вновь размотать в полотно. Специальные автоматы ставили на бумаги метки, по которым другие автоматы нарезали пачки в 25 и 50 листов. Затем все это сортировалось, упаковывалось и отправлялось на реализацию.

Но перед упаковкой качество готовой копировальной бумаги тщательно проверялось. Во-первых, не допускалась «ситоватость» — так называлось окрашивание, когда краска ложилась на лист не сплошным слоем, а в виде множества мельчайших точек. Такой дефект считался абсолютно недопустимым браком. Также забраковать «копирку» могли и за то, что на окрашенной стороне были мелкие царапины, вкрапления нерастворившегося красителя или незначительные пятна. Если учесть, что копировальная бумага изначально создавалась не для бытовых нужд, а для очень серьезных ведомств, работающих с важными документами, то такой подход к качеству был вполне объясним.

Согласно ГОСТу, бумагу для пишущих машинок делали только черного цвета, а для копирования карандашом — черного, фиолетового и синего. Но, разумеется, в простых, неведомственных конторах, мало кто задумывался над тем, какого цвета «копирку» вставлять в машинку — какая была под рукой, той и пользовались. Но один нюанс оставался неизменным всегда — какого бы цвета бумага ни была, на последнем этапе ее проверяли на прочность оттисков — они не должны были легко стираться и смазываться, но больше всего от них требовалась светоустойчивость. У качественной «копирки» все ее свойства должны были сохраняться не менее 12 месяцев, а число получаемых одновременно оттисков — не менее четырех-пяти.

Сегодня копировальная бумага утратила статус массового канцелярского атрибута, но полностью не исчезла из обихода. Сегодня она остается востребованной, например, в декоративно-прикладных работах. Производство «копирки» продолжается и по-прежнему сохраняются базовые технологические принципы: контроль толщины слоя и тестирование стойкости оттиска, просто рецептуры адаптированы под современные материалы и задачи.

_______________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Сажа и парфюмерное масло: как делали советскую копировальную бумагу появились сначала на Life in the USSR.

Также выпускались туалетные (для головы, бороды, бровей и усов) и хозяйственные щетки (ковровые, кухонные, поломойные, полотерные, потолочные). Причем каждая из этих групп подразделялась на несколько подвидов. Например, среди кухонных были отдельные щетки для мытья стаканов в частности и щетки для посуды в общем; для мытья столов и для обработки бочек. Но интереснее всего были гарнитуры, в которых впервые объединять щетки по каким-либо признакам начали в середине 1950-х гг.

Разновидности советских щеточных наборов

В первые послевоенные годы советская легкая промышленность продолжала, как и раньше, выпускать разрозненные виды щеток, предназначенные для тех или иных бытовых целей. Ближе ко второй половине 1950-х гг. возникла массовая тенденция объединения различных предметов в одно многофункциональное устройство. Так появились универсальные домашние машины: пылесосы, которые могли убирать пыль, натирать полы, чистить домашних животных, полировать мебель или кухонные приборы, объединяющие в себе миксер, мясорубку, кофемолку, терку для овощей.

Щетки эта тенденция, безусловно, тоже не обошла — некоторые из них по своему функционалу были взаимозаменяемыми. Например, щетку для мойки столов можно было использовать для стирки белья; одежные подходили для чистки мягкой мебели и т.д. Поэтому идея объединения разрозненных щеток в один набор просто витала в воздухе. Самые первые гарнитуры были двухпредметными — платяная и головная (или шляпная) щетка. Чуть позже к ним добавились трех- и четырехпредметные наборы: платяная, головная, шляпная и щетка для мытья рук.

Такие щетки обычно навешивали на деревянную фигурную подложку — с зеркалом или без него, в зависимости от категории набора. Подарочные и сувенирные были более нарядными и могли дополняться такими предметами, как расческа, пилочка для ногтей, карманное зеркальце. Интересно то, что по товарным документам к наборам относили и одну-единственную щетку, если она имела фигурную подложку — это считалось однопредметным гарнитуром.

Особенности гарнитуров из щеток

Вплоть до конца 1960-х гг. все гарнитуры комплектовали по следующим правилам:

• в обычные наборы входили платяные, головные и шляпные щетки, либо платяные, головные и щетки для мытья рук. Их делали на деревянной или пластмассовой колодке, упаковывали в художественно оформленную коробку;

• подарочные наборы выпускали трех видов: общего назначения, дорожные и туалетные;
• гарнитур общего назначения — это платяная, головная щетка и расческа. Упаковка — коробка с шелковой подкладкой и прозрачной крышкой;
• дорожный гарнитур — это платяная щетка, расческа и пилочка для ногтей в футляре из кожи или кожзаменителя;

• туалетный гарнитур — головная щетка, расческа и зеркало, упакованные в коробку с отдельными гнездами для каждого предмета.

В 1970-е годы эти правила комплектации были пересмотрены, появились оригинальные наборы обувных щеток — дорожные, домашние, подарочные. Оформление сувенирных наборов стало более лаконичным, практически перестала использоваться шелковая ткань, а изысканную упаковку из картона заменили пластмассовые футляры или простые по своему дизайну коробки.

К слову сказать, многие из этих гарнитуров дожили и до нашего времени. Сегодня во многих домах еще встречаются и платяные, и обувные, и даже хозяйственные щетки, выпущенные советской промышленностью и продолжающие использоваться по своему назначению.

_______________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советские щетки в подарочных гарнитурах появились сначала на Life in the USSR.

Конечно, редкого новосела устраивало напольное покрытие унылых расцветок и с таким же рисунком. Поэтому часто после заселения в новую квартиру делали ремонт и заменяли этот линолеум на какой-нибудь поприличнее, который еще нужно было постараться найти в продаже. Разумеется, неизбежно поднимался вопрос: зачем выпускать продукцию, которая не пользуется спросом?

Кому выгодно делать некрасивый линолеум?

Согласно статистическим данным за первую половину 1980-х гг., советские предприятия ежегодно выпускали около ста миллионов квадратных метров линолеума. Но даже при таком масштабе производства потребности покупателя полностью не удовлетворялись, поскольку внешний вид напольного покрытия потребителя не устраивал и линолеум оставался невостребованным.

Контролирующие и планирующие организации обычно следили за общим объемом выпуска продукции, но не вдавались в детали: насколько эта продукция устраивает покупателя, в какой степени она востребована и есть ли к ней какие-либо нарекания. С линолеумом все было просто: этот вид покрытия предусмотрен многими жилищными проектами, поэтому строительные организации его закупят в любом случае, как бы уныло не выглядел. А раз есть стабильный спрос — значит, и нет необходимости вносить какие-то изменения в отлаженный производственный процесс.

Советский линолеум и его виды

Вообще, линолеум — это изобретение позапрошлого века. Во второй половине XIX столетия его делали из джутового полотна, на которое наносили смесь из мела, древесной муки и льняного или подсолнечного масла. Получалось красивое, но дорогое в производстве и нестойкое в эксплуатации покрытие.

Чуть позже появились способы делать более дешевый, прочный и удобный в производстве линолеум. В СССР первые попытки производить синтетическое напольное покрытие предпринимались еще в 1930-е годы, а в конце 1950-х началось уже массовое производство. К концу 1970-х гг. в стране выпускали алкидный линолеум — с верхним слоем из алкидных смол; резиновый и ПВХ-линолеум. Со временем поливинилхлоридное покрытия научились делать и антистатическими, и тепло- звукоизоляционными, но вот их внешний вид чаще всего оставлял желать лучшего.

Как делали самый популярный вид линолеума

ПВХ-линолеум считался одним из самых дешевых и удобных в изготовлении покрытий. Одноцветные варианты делали так: на тканевую основу наносили ПВХ-пасту, подвергали ее термообработке и ждали, пока она застынет. Получался линолеум заданного цвета с глянцевой поверхностью. Иногда полотно пропускали через специальные валы, которые создавали оттиск, тогда у линолеума была одноцветная глянцевая поверхность с каким-нибудь скромным, очень простым узором.

Более сложным в изготовлении был трехслойный линолеум: основа, в середине — одноцветная лента, сверху — прозрачная лента с рисунком. Орнамент на верхнюю ленту наносили способом глубокой печати, как в полиграфии, и возникали сложности с нанесением рисунка на печатные валы. Их приходилось гравировать: вручную или с помощью автоматов. В первом случае получалось очень дорого и трудоемко, а во втором — далеко не каждое предприятие могло себе позволить закупку специального оборудования. Поэтому на валах обычно гравировали какой-нибудь простенький узор, что, конечно же, неизбежно сказывалось на внешнем виде готовой продукции.

Попытки создать красивый линолеум

То, что линолеум, имеющийся в свободной продаже, выглядит непривлекательно с точки зрения потребителя, производственные предприятия отлично осознавали. И даже предпринимали попытки исправить ситуацию. Так, например, проводились эксперименты с добавлением в ПВХ основу специальных веществ, которые при обработке в термокамере создавали на поверхности линолеума рельеф. Даже если в процессе эксплуатации стирался рисунок, рельеф оставался и позволял линолеуму по-прежнему красиво выглядеть.

Также предпринимались попытки и изменить ширину линолеума — это и увеличило бы производительность труда, и позволило бы покупателю решить проблему со швами в местах стыковки отдельных кусков покрытия. Но увеличение ширины повлекло за собой две большие проблемы: сложности с нанесением рисунка и резко возросшая стоимость готового покрытия. Вопрос серийного выпуска широкого линолеума долгое время оставался в подвешенном состоянии, а с распадом страны — отпал за ненадобностью.

Кстати говоря, планирующие организации подготавливали расчеты для создания новых предприятий, которые могли бы выпускать оборудование для изготовления линолеума нестандартной ширины. Также выпускались и небольшие опытные партии нового вида покрытия, но, к сожалению, запустить все это в массовое производство так и не удалось.

Практические советы конца 1970-х — начала 1980-х

Вспоминания особенности производства советского линолеума, имеет смысл рассмотреть рекомендации специалистов того времени, касающиеся настила и ремонта этого вида покрытия.

1. Купленный линолеум несколько суток выдерживают в теплом помещении без распаковки. Затем его раскатывают и нарезают на полотнища нужного размера. Если материал полностью не распрямился, нарезанные куски складывают стопкой, прижимают грузом и оставляют еще на неделю-две. Настланный линолеум тоже полагалось поместить под груз хотя бы на неделю.

2. Если настилают б\у линолеум, то его нижнюю сторону зачищают от старой мастики и сортируют полотнища по толщине. Если они разные, то сначала кладут более толстые, а под кромки тонких наклеивают бумажные полоски, выравнивающие перепады по высоте в местах стыка.

3. Чтобы у ПВХ-линолеума не отклеивались края, материал сваривают при помощи обычного электропаяльника со сменным жалом — понадобится то, что загнуто под углом в 90 градусов. Кончик жала затачивают и шлифуют, затем нагревают паяльник до 250-300 градусов, вставляют жало между кромками полотнищ и медленно ведут по стыку. Затем руками сжимают разогретые кромки.

Мелкий ремонт линолеума

4. Если при укладке линолеума появились вздутия, их прокалывают, накрывают плотной бумагой и кладут сверху мешочек с горячим песком или просто проглаживают утюгом, а потом сверху помещают груз. Если вздутие не исчезает, то шприцем в прокол вводят растворитель, на котором приготовлена мастика, приглаживают линолеум и кладут груз. В случае, если не помогает и растворитель, то с помощью шприца в прокол вводят немного мастики.

5. Чтобы заделать мелкие повреждения или щели, используют следующий состав: 20 частей канифоли растворяют в 5 частях винного спирта, добавляют 4 части касторового масла и краску подходящего цвета. Или же 1 часть канифоли растворяют в 4 частях скипидара и добавляют краску.

6. При необходимости сделать заплатку на большой участок, сначала удаляют поврежденный фрагмент линолеума, затем вырезают заплатку такой же формы, но по размеру чуть больше удаленного куска. Края заплатки должны заходить на 2-3 см на края отверстия.
Затем центр заплатки мажут мастикой/клеем и приклеивают на нужное место. Когда клей схватится, острым ножом режут сразу два слоя линолеума: заплату и края старого материала — в таком случае шов становится почти незаметным.

_______________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Как делали советский линолеум появились сначала на Life in the USSR.

Красные флаги на крыше здания

В советское время один из крупнейших научных институтов хлопчатобумажной промышленности располагался в Иваново. Именно здесь разрабатывались новые ГОСТы и ТУ на различные ткани; в лабораториях проходили испытания новые красители; исследователи занимались поиском новых технологий для отбеливания, окраски и нанесения печати на хлопчатобумажные материалы.

Институт жил насыщенной внутренней жизнью, ничем не проявляя это вовне. Но так продолжалось до тех пор, пока однажды крыша здания этого НИИ не украсилась сотней красных флагов. Необычным в этом было всё: и отсутствие повода для установки флагов, и их количество, и странное место расположения. Флаги гордо реяли над городом в течение месяца, после чего несколько из них сняли и унесли в лабораторию, где с помощью специальной техники полотнища порвали на мелкие лоскуты. Та же участь ждала и все остальные флаги.

Такой непрочный символ советского государства

Странная история с размещением флагов на крыше объяснялась тем, что таким необычным способом в НИИ тестировали новые материалы. Долгое время советская промышленность делала главный государственный символ из хлопчатобумажных тканей — преимущественно, из сатина.

Оказалось, что сатин — материал, безусловно, хороший, но очень непрочный: на солнце быстро выгорает, от ветра и осадков нити легко изнашиваются, и даже просто воздух в сочетании с ультрафиолетом приводит к необратимым изменениям в волокне материала. Флаги, которые должны быть подняты в любую погоду, в любом климате, в любое время суток, очень быстро приходят в негодность и требуют замены. Поэтому во второй половине 1960-х гг. перед специалистами НИИ хлопчатобумажной промышленности встала задача — найти такой материал, который максимально долго будет сохранять яркую окраску, а вдобавок — и целостность полотна.

Синтетика приходит на помощь

В конце 1960-х гг. использование синтетических материалов развернулось настолько широко, что стало понятно, какому материалу уготовано большое будущее. В опытных лабораториях ивановского НИИ для начала изготовили несколько образцов ткани из хлопка с лавсаном. Их подвергли различной влаго- и светозащитной обработке, после чего отправили на испытания в «полевых» условиях — так на крыше здания появилось множество флагов.

Выяснилось, что полотнище, действительно, стало намного прочнее, но вот с краской дела обстояли неважно — она сходила с флага раньше, чем сам материал приходил в негодность. По стандартам того времени устойчивость к воздействию света определяли, сравнивая выгоревший материал с эталоном, а затем оценивая его по пятибалльной шкале. Одни опытные образцы получили не более трех баллов, другие — всего лишь один-два балла. Правда, при этом выяснился любопытный момент: обесцвечивались только лавсановые нити, а хлопок оставался окрашенным.

На следующем этапе институт испытывал ткани из чистого лавсана, уже без примеси хлопка. Первые сложности возникли при окрашивании материала: синтетические волокна слишком гладкие, поэтому красителю на них очень сложно удержаться. Пришлось в красящие составы добавлять салициловую кислоту, которая сама по себе не окрашивает ткань, но служит «помощником» для красителя: при нагревании она временно изменяет структуру лавсана, позволяя красящим частицам проникнуть внутрь волокна. Благодаря этому окраска получается глубокой и прочной.

Хлопчатобумажные флаги не выдержали конкуренции

Для чистоты эксперимента из окрашенного лавсана сшили несколько видов флагов — и очень простые, из довольно сурового полотна, и тонкие, с различными видами декоративной отделки. Для контроля рядом с лавсановыми поместили несколько хлопчатобумажных образцов. Первые флаги провисели около года, вторые — три месяца.

Оказалось, что лавсан хоть и стареет, но гораздо медленнее, чем хлопок; и даже если материал утратил половину своей прочности, он все равно остается еще довольно крепким, чего нельзя сказать о хлопке. Окраску проверяли по той же пятибалльной системе, что и в случае со смешанным материалом. Лавсановые флаги получали по 5-4 балла, в зависимости от используемого красителя, и это был именно тот результат, который и требовалось получить.

Также было подсчитано, что с экономической точки зрения выгоднее делать флаги именно из лавсана, нежели из хлопка, хотя последний несколько дешевле синтетической ткани. Опытным путем было доказано, что за время службы одного синтетического флага в негодность приходит, как минимум, четыре хлопчатобумажных.

Синтетические флаги хорошо себя зарекомендовали и в более сложных условиях. Так, например, для советского морского флота флаги шили особые — из шерсти, но более трех-четырех недель они не выдерживали, подвергаясь постоянному воздействию ветра и соленой воды. Теплоход «Подольск», совершающий заграничные рейсы, был первым советским судном, где проходили испытания лавсановые флаги — они продержались четыре месяца, т.е. намного больше, чем традиционные шерстяные флаги.

История с флагами — лишь фрагмент масштабной трансформации: к 1980 году СССР вышел на второе место в мире по производству синтетических волокон. Но главный парадокс заключался в другом: лавсан, созданный для замены импортного сырья, сам стал экспортным продуктом. Его закупали в 37 странах соцлагеря, благодаря чему текстильный эксперимент превратился в элемент внешнеэкономической стратегии.

________________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советские красные флаги: как синтетика победила хлопок появились сначала на Life in the USSR.

Глубокие детские коляски: тяжелые и неповоротливые

Если вернуться к аналогии с автомобилями, то глубокие детские коляски 1950-х гг. имели такой же внушительный вид, как и машины тех времен: тяжелые, основательные, с обтекаемыми формами и множеством металлических деталей. Некоторые модели даже комплектовались съемными полозьями, чтобы и зимой не лишать ребенка прогулок на свежем воздухе.

Кузова таких колясок могли быть жесткими (из металла, фанеры или лозы) или мягкими — дерматиновыми, на металлическом каркасе. Самые первые модели таких колясок, скопированные с зарубежных аналогов, делали очень удобными. У них имелись подвижные спинки, фиксируемые в двух положениях, чтобы ребенок мог лежать или сидеть; для удобства спящего «пассажира» коляска комплектовалась опускающейся вместе со спинкой подушкой; также в комплект входил теплый конверт и солнцезащитный щиток.

Ближе к концу 1950-х гг. эта модель глубокой коляски стала заметно проще: убрали подвижную спинку, подушку и солнцезащитный козырек, конверт перестал входить в комплектацию, зато к колесам теперь прилагались полозья для зимних прогулок. Но, конечно, самым большим недостатком этих моделей был их вес — в среднем он составлял 12-14 кг при габаритах: длина кузова — 975 мм, ширина — 540 мм, высота — 815 мм. Низкая, тяжелая и неповоротливая коляска, может быть, и была удобной для ребенка, но для родителей она становилась настоящим испытанием на выносливость.

Также небольшим тиражом выпускались и глубокие коляски для близнецов. У этих моделей кузов был чуть короче, чем у классических вариантов, но при этом более широкий и глубокий. Вес такой коляски составлял 15-16 кг. Внутри все виды колясок — как для близнецов, так и обычные, оббивались мягким хлорвиниловым пластикатом, под который подкладывался слой утеплителя. Также все модели снабжались пристегивающимся фартуком, защищающим ребенка от ветра или осадков.

Прогулочные коляски: облегченная версия

Вторая категория детских колясок, которые начали массово производить в послевоенные годы — это прогулочные варианты. Изначально эти модели предназначались для регионов с теплым климатом, но, как оказалось, и в более суровых погодных условиях такие коляски пользовались большим спросом.

Прогулочные модели обычно имели облегченную конструкцию складного типа. У них были мягкие или полужесткие сиденья, имелись подлокотники и подножки, шарнирно скрепленные с фиксаторами, которые закрепляют спинку в положении лежа или сидя. Некоторые прогулочные варианты также снабжались съемными тентами, а самая «продвинутая» модель имела «шагающие шасси», облегающие подъем или спуск коляски по лестнице.

Все коляски тех времен имели амортизационные устройства для обеспечения плавного хода и маневренности на поворотах; колеса могли быть дисковыми или со спицами, снабженные цельнорезиновыми шинами. Для обивки использовались легко моющиеся материалы, которые по цвету должны были гармонировать с остальными деталями. Металлические элементы имели декоративные покрытия — хромирование, никелировка, анодирование, что не только защищало от коррозии, но и придавало коляске нарядный и солидный вид.

Детские коляски позднего СССР

В 1960-е годы в продаже начали появляться более удобные модели — с высоким дорожным просветом, сеткой для ручной клади, перекидывающимися удобными ручками. Этот период можно считать расцветом отечественного колясочного производства. Все больше предприятий осваивало выпуск подобной продукции: в 1980-е годы, например, лидером в этой области стал «ДМЗ — Камов» (Дубненский машиностроительный завод).

Именно на этом предприятии велись основные разработки по усовершенствованию наиболее востребованных моделей и по расширению существующего ассортимента. Так, например, «ДМЗ — Камов» получал интересные разработки из ГДР, на основе которых потом производились отечественные коляски.

Несмотря на то, что по сравнению с моделями 1950-х гг. коляски позднесоветского периода стали проще конструктивно и легче по весу, их качество осталось на прежней высоте. Одна и та же коляска могла переходить по наследству от ребенка к ребенку, а потом еще долго служить на даче «тележкой» для дров. И это при том, что все «техобслуживание» которое рекомендовали производители, сводилось к периодической смазке трущихся деталей ходовой части…

________________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Как выглядели первые детские коляски советских времен появились сначала на Life in the USSR.

Проблема заключалась также и в том, что предприятия либо отказывались делать такой товар (трудоемко и экономически невыгодно), либо делали его в явно недостаточном количестве. Те артели, что серьезно подошли к вопросу изготовления елочных украшений, предпочитали обходиться самым дешевым сырьем — ватой и папье-маше. Большинство новогодних игрушек, выпущенных в 1930-1940-е годы, выполнены именно из этих материалов или из их комбинации.

Простые елочные украшения и сложное производство

Папье-маше (масса из бумажного волокна, опилок, столярного клея, остатков муки) — это тот материал, из которого делали как обычные игрушки — кукол, фигурки животных и пр., так и новогодние украшения. Такое производство основано преимущественно на ручном труде, и каждый ее этап оказывался довольно трудоемким.

Лепка, шпатлевка, грунтовка, шлифовка, окраска и роспись с промежуточными сушками при определенной температуре — все это занимало очень много времени. Так, например, цикл изготовления партии кукол мог составлять 10-12 дней. Елочные украшения, конечно, требовали чуть меньше времени, особенно когда многие артели начали использовать новые технологии — горячего прессования, штампования и вакуумного литья.

Как делали игрушки горячим прессованием

Этот способ был одним из самых быстрых, поскольку ручная лепка заменялась изготовлением нужного украшения в пресс-форме, что вдобавок позволяло более точно передать скульптурный рельеф игрушки. Также при этом способе отпадала необходимость в промежуточной сушке изделия, что тоже сокращало цикл ее изготовления, а следовательно, и себестоимость изделия.

Но выяснилось, что с экономической точки зрения прессование оправдывает себя лишь при изготовлении довольно крупных игрушек, например, кукол, так как их можно делать с помощью единственной пресс-формы, а потом по-разному расписывать и наряжать. Елочные украшения требовалось выпускать в широком ассортименте и изготовление металлических форм под каждое изделие существенно увеличивало цену конечной продукции.

Для крупных изделий — карнавальных масок или фигурок Деда Мороза и Снегурочки обычно использовали метод вакуумного литья. Игрушки получались очень легкими, но, правда, менее прочными, чем если их делали прессованием.

Как делали елочные украшения штампованием

Те елочные игрушки, что имели небольшой размер, обычно делали методом штамповки (раньше его еще называли холодным прессованием). Рецептура состава папье-маше, кстати, тоже была немного другой, чем та, что использовалась в горячем прессовании. Для штамповки массу делали из бумажной пыли (отходы полиграфических предприятий), древесной/торфяной золы и казеинового клея.

Такой состав обладал большей текучестью и потому лучше поддавался штамповке. В работе использовались ручные прессы мощностью от 1 до 2 т, после штамповки заготовки сушили при температуре 20-40 градусов и уже на следующий день отправляли их в цех окраски и художественной росписи. Так получались долговечные, небьющиеся и прочные елочные украшения (либо их отдельные детали), которые имели невысокую себестоимость.

Комбинированные елочные игрушки

Иногда папье-маше использовали для изготовления не всей игрушки, а лишь ее части — лица, например, а все остальное делали из ваты. В таком случае бумагу рвали на мелкие кусочки и в течение нескольких часов варили ее. перемешивая палкой, утыканной гвоздями. Затем в разваренную массу добавляли мел, золу и отходы мучного производства.

Форму присыпали крахмалом и вручную закладывали в нее кусочки бумажной массы, вдавливая ее пальцами в места наибольшего рельефа. Через какое-то время оттиск вынимали и сначала выдерживали при комнатной температуре 10-12 часов, а потом высушивали в специальной сушилке.

После этого деталь шпатлевали, подчищали неровности, грунтовали жидким мелом и окрашивали. Знаменитая игрушечная артель «8 марта» была одной из первых, кто довольно быстро отказался от ручного труда и начал изготавливать игрушки методом штамповки. Хотя крупные елочные украшения, детали большого размера и карнавальные маски в артели делали все же вручную. Для этого в форму закладывали клочки слегка увлажненной бумаги, смазанные мучным клейстером.

В 1950-е годы объемы производства елочных украшений из ваты и папье-маше начали снижаться. В стране появлялось все больше стекольных заводов, а следовательно, и увеличивались тиражи стеклянных игрушек — более нарядных и изящных, чем их ватные предшественники. Но что интересно, сегодня техника папье-маше снова становится популярной, и теперь уже не из экономических соображений, а из стремления к рукотворному творчеству и, наверное, легкой ностальгии по эстетике советского Нового Года…

________________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советские елочные украшения из папье-маше: как их делали появились сначала на Life in the USSR.

Редька вместо кожи

Были в истории советского государства такие сложные периоды, когда потребность в кожзаменителях оказывалась настолько высока, что в ход шли самые необычные решения. Так, например, в 1920-е годы, когда в стране царили разруха и голод, кожевенная промышленность находилась в состоянии сильного упадка и не могла обеспечить широкого потребителя ни обувью, ни одеждой, ни сопутствующими товарами, где кожа была важным элементом конструкции.

В те годы для обогрева, освещения и приготовления пищи использовались примусы, керосиновые лампы, керогазы, у которых необходимой деталью была простая резиновая/кожаная прокладка у пробки. И если она приходила в негодность, керосин начинал подтекать, прибор работал вполсилы, увеличивался расход топлива, возникала пожароопасная ситуация.

Именно в этих условиях дефицита и появляется первое авторское свидетельство на прокладку для керосиновой техники. Изобретатель предлагал делать ее, как ни странно, из… ломтика редьки. Предлагалось вырезать пластинку из корнеплода в определенном направлении волокон, затем — провялить в тени, вымочить хорошенько в масле и высушить в тепле. Грубые волокна редьки после подобной обработки становились эластичными и по своей структуре напоминали строение кожи — так маленькая, но актуальная проблема была решена самым необычным способом.

Первое поколение искусственной кожи

Еще в конце XIX века Чарльз Генри Макинтош, пропитав ткань бензиновым раствором каучука, создал прорезиненный материал. Изобретение распространилось по всему миру, и в СССР, после капитальной переработки изначального рецепта, подобные материалы тоже нашли широкое применение (прорезиненные плащи и кирзовые сапоги, например), войдя в условную категорию первого поколения искусственных кож.

Вместо пожароопасного резинового клея советская промышленность стала использовать латексы, которые с помощью специальных добавок и определенной технологии можно было вулканизировать. Таким образом получался долговечный, морозостойкий и даже частично воздухонепроницаемый материал, по свойствам приближающийся к кожзаменителям.

Второе поколение искусственной кожи

В 1930-е годы, с бурным развитием химической промышленности, были освоены методы полимеризации хлористого винила. А когда ученые научились пластифицировать ПВХ, этот материал начал вытеснять кожу, резину и даже некоторые металлы в технических изделиях.

Довольно быстро ПВХ вошел и в быт: его использовали при производстве галантереи, обуви, некоторых видов одежды, игрушек и пр. Но, несмотря на дешевизну изготовления, простоту переработки и внешнюю привлекательность, изделия из этих пленок оказались непрактичными — стоило появиться еле заметному порезу, как он мгновенно разрастался и предмет приходил в негодность.

Поэтому пленку стали соединять с волокнистыми материалами, как с тканными, так и нетканными. Так появилась искусственная кожа второго поколения. Делали ее очень просто: лист основного материала накрывали с двух сторон ПВХ пленкой и отправляли под пресс. Затем с помощью валика наносили на поверхность узор: под крокодиловую кожу, шагрень, шевро и т.д. Если такую заготовку пропустить через горячие хромированные валики, можно было получить имитацию лакированной кожи.

Не менее интересно делали и искусственную замшу: ПВХ лист, укрепленный снизу плотной тканью, подогревали, чтобы верхняя поверхность немного подплавилась, затем на нее насыпали слой измельченного в порошок сульфата натрия. Все это слегка подпрессовывали и опускали в ванну с проточной водой — соль растворялась, а поверхность материала становилась чуть шершавой, внешне похожей на замшу.

Третье поколение искусственной кожи

После того, как в середине 1930-х гг. в США был получен полиамид, во всем мире начался «нейлоновый бум». Полиамиды быстро проникали во все сферы человеческой жизни, становясь крайне востребованными, появилась, конечно же, и искусственная кожа на полиамидной основе.

Такие кожзаменители отличались и прочностью, и износостойкостью, и эластичностью, и очень привлекательным внешним видом. Самые первые полиамидные пленки были жестковаты, но в СССР создали собственную марку полиамида, который по своим качествам приближался к натуральной кожи намного ближе, чем кожзаменители первых двух поколений. Правда, пока этот материал совершенствовали, появились новые полимеры, претендующие уже на звание искусственной кожи четвертого поколения — полиуретаны.

Оказалось, что полиуретановые искусственные кожи делать намного проще, чем все прочие кожзаменители, поскольку из технологической цепочки можно убрать сразу несколько звеньев. Просто в форму заливали смесь реагентов, нагревали, охлаждали и вынимали уже готовое изделие. Первыми прибыльность этого направления поняли такие страны, как Япония, США, Италия, ФРГ и Англия — в начале 1970-х гг. там появилось несколько десятков производств, выпускающих пленочные и пористые полиуретановые материалы. Что интересно — некоторые виды таких искусственных кож выпускались лимитированными тиражами, поскольку их стоимость была намного выше, чем у натуральной кожи.

Парадокс эпохи: в то время как западные дизайнеры начинали экспериментировать с модными ПВХ-нарядами как символом модерна, в СССР люди мечтали не столько о яркой искусственной пленке, сколько о сапогах из натуральной кожи — той, что не трескалась на морозе и имела благородный внешний вид…

______________________________________________________________________

Еще больше фактов о советской жизни:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советская искусственная кожа: три поколения кожзаменителей появились сначала на Life in the USSR.

Между тем, советская спичечная промышленность занимала первое место во всем мире по объему производства, работая как внешнего, так и для внутреннего рынка. Причем, согласно статистическим данным, внутреннее потребление спичек росло с каждым годом. Так, например, если к началу 1950-х гг. на душу населения приходилось 42 коробка, то через десять лет — уже 68 штук.

Единственный в стране научный институт, подразделение которого занималось спичками, находился в Калужской области, в Балабанове. Там разрабатывались различные виды спичек, которые тестировали на экспериментальной фабрике; оттачивали до совершенства технологию изготовления этого простого бытового предмета, разрабатывали рецептуры зажигательных составов, а также утверждали новые профессиональные термины.

Так, например, все советские спички должны были чуткими. И это — не просто поэтическая метафора, а строгий технический показатель, измеряемый в граммах. Чем меньше усилий требовалось приложить, чтобы спичка загорелась при трении о коробок, тем выше показатель ее чуткости. Но как же делали эти чуткие советские спички? Давайте разбираться!

Несложная «анатомия» бытовой спички

Что старинные, что современные, что советские спички — все они состояли из одних и тех же «деталей». Головка, весящая всего несколько миллиграммов, это — комбинация множества веществ, каждое из которых строго дозировано и равномерно распределено по объему. Половина массы приходится на горючее и регулирующие горение вещества — смесь серы, железного сурика, цинковых белил и молотого стекла.

Вторая часть — окислители, т.е. вещества, легко отдающие кислород, столь необходимый для горения. Все порошки из первой и второй части в определенной последовательности смешивают между собой и соединяют при помощи клеевых растворов.

Та деревянная палочка, на которой фиксируется головка, на профессиональном языке называется соломкой. Ее делают из осины — не самой, кстати, дешевой древесины. В СССР осин всегда было в избытке, поэтому многие спичечные короли мирового уровня закупали у страны эту древесину в больших количествах. Хотя, например, одна английская компания поступила хитрей, купив у Советского Союза саженцы осины и засадив ими несколько тысяч гектаров.

От соломки требовалось, чтобы она была сухой, легко воспламенялась, горела некоптящим пламенем. Для того, чтобы спичку можно было легко погасить, соломку пропитывали фосфорной кислотой, препятствующей тлению. Тот конец соломки, на котором находится головка, обмакивали в парафин — при определенной температуре он загорается и пламя перебрасывается на дерево.

Намазка (т.е. боковые части, о которые зажигают спичку) коробка в обязательном порядке содержала красный фосфор и некоторые негорючие вещества: гипс, молотое стекло, белая глина. Они нужны для того, чтобы увеличить силу трения спички о борт коробка, и чтобы изолировать частицы фосфора друг от друга, иначе намазка может вся сгореть от зажигания первой же спички.

Как делали бытовые советские спички

Все начиналось с фабричного склада, куда поступали осиновые бревна. Чурбаки вращались в специальном станке и острый нож снимал с него по всей ширине тонкую стружку — для коробок потоньше, для соломки — более толстую. Затем заготовки для соломки складывали стопками и рубили, чтобы получились одинаковой длины палочки.

Далее струя воздуха подхватывала эти палочки и уносила на пропитку растворами, которые препятствуют тлению дерева. Затем все это сушили, шлифовали и засыпали в бункер автомата, способного всего лишь за час сделать 1 500 000 спичек. Деревянные заготовки раскладывали по транспортеру так, чтобы они располагались вертикально, каждая в своем отверстии. Соломка подогревалась и на 3 мм обмакивалась в расплавленный парафин.

После этого будущие спички остужали и направляли к следующему агрегату, где их обмакивали в зажигательную смесь и таким образом формировали головки. Процедура проходила в четыре этапа, и на каждом следующем спичку погружали на чуть меньшую глубину — это нужно для того, чтобы сформировать головку грушевидной формы.

Пока спички сохли (минут сорок), другие автоматы делали коробки. Нарезанные еще на первом этапе заготовки подаются на шаблоны, имеющие форму коробочки. С помощью этих шаблонов автомат клеит наружную и внутреннюю часть коробка, после чего их соединяют, вставляя один в другой. Двигаясь по ленте транспортера, коробочка приоткрывалась — для заполнения спичками. Когда коробки оказываются заполненными, остается финальный штрих: ленту транспортера пропускают между двумя щетками, которые и наносят на борта фосфорную намазку.

Спички бывают разные: желтые, зеленые, красные

Бытовые спички с традиционной головкой коричневого цвета — это тот вариант, который встречался (да и сейчас встречается) чаще всего. Но помимо этого, в советские времена выпускали и другие спички, чей внешний вид или функционал имел некоторые отличия. Так, например, много лет назад производители остановились на определенном размере спичечного коробка, ставшего стандартом — он был принят за условную единицу.

Именно такие спички делала (и делает) Балабановская фабрика. Коробки фабрики «Маяк» или «Гигант» имели размер 3/4 от стандарта — следовательно, и спичек в них помещалось на 1/4 меньше. Встречались варианты с удлиненной соломкой — до 70 мм, чтобы за один раз можно было зажечь несколько конфорок на плите. Они, собственно, так и назывались: спички для газа.

Сувенирные спички часто делали с цветной головкой, но Балабановская фабрика в свое время выпускала несколько экспериментальных партий, у которых цветной была не только головка (золотистая), но и соломка (ярко-красная). Также иногда встречались и спички, упакованные не в коробки, а сделанные в виде книжечки — нельзя сказать, что такой формат был очень удобен, но выглядело это интересно.

О спичках специального назначения

Иногда в продаже можно было найти аналог старинных фосфорных спичек. Они отличались от традиционных тем, что могли зажигаться буквально от любой чуть шероховатой поверхности. К спичкам специального назначения относились ветровые, охотничьи и спички цветного огня. У охотничьих имелся дополнительный слой, состоящий из зажигательной массы с меньшим содержанием окислителей и большим — наполнителя. А чтобы спичка не портилась от влаги, ее покрывали лаком.

У ветровых имелась только соломка, а головка отсутствовала. Такие спички содержали больше окислителей в зажигательной массе и обладали очень высокой чуткостью. Гореть такие спички могли в самых сложных условиях — например, во время сильного шторма. Спички цветного огня в свободную продажу не поступали: их делали по спецзаказу предприятий. В зажигательную массу добавляли различные соли, которые окрашивали пламя в разные цвета.

Интересно то, что хотя технология производства практически не менялась, советские спички все же отличаются от тех, что делают сегодня:

• современные коробки делают из очень тонкого, быстро теряющего форму картона;
• большинство коробков имеют размеры 3/4 от стандартной единицы;
• слой намазки на советских коробках был и плотнее, и аккуратнее нанесен;
• в дизайне современных спичек больше не используется просветительские или пропагандистские идеи;
• у современных спичек в момент зажигания часто отлетают фрагменты головки.

Все это, конечно, мелочи, но именно в таких деталях и чувствуется разница: советские спички делали не «как получится», а по четким нормам и с контролем качества. И, возможно, в этом контрасте отражается не столько технологический прогресс, сколько смена отношения к самой идее «обычной вещи».

Еще больше фактов о советской жизни:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Советские кружки, которые сегодня почти не встречаются в быту

Сообщение Чуткие советские спички: как их делали появились сначала на Life in the USSR.

В середине 1960-х весь мир охватила настоящая «фломастерная лихорадка». Яркие, удобные и необычные для того времени пишущие принадлежности быстро завоевали популярность среди художников, оформителей и непрофессиональных любителей изобразительного искусства. Япония первой наладила их массовое производство, за ней последовали Австрия, Италия и Швеция. Первые советские фломастеры появились в самом конце 1960-х — один из стартовых вариантов выпускался под названием «оформительский карандаш Этюд». История их создания показывает, как изобретательно в СССР умели решать производственные задачи, даже когда под рукой не было нужных материалов.

Рождение «Этюда» на станкостроительном заводе

В 1967 году Совет Министров СССР принял постановление, требующее «расширить выпуск товаров в цехах ширпотреба на предприятиях всех отраслей промышленности, обратив внимание на увеличение производства изделий, пользующихся повышенным спросом» (из Собрания постановлений Совмина СССР, № 1-25, 1967 г.)

На Ленинградском станкостроительном заводе имени Ильича решили подойти к этой задаче творчески, с учетом модных веяний того времени и начали производство модной новинки — фломастеров. Безусловно, такому решению способствовало то, что на предприятии имелись цеха пластмассовых и резиновых деталей, которые вполне можно было приспособить под выпуск новинки.

Первые советские фломастеры были копией японских — заводские художники ознакомились с тем, как выглядят самые популярные в мире фломастеры и сделали эскизы, внеся в них некоторые коррективы, учитывающие специфику завода. По эскизам изготовили пресс-формы, с помощью которых и начали производство отечественных фломастеров, выходящих под названием «оформительский карандаш Этюд».

Устройство «Этюда» было очень простым: пластмассовый корпус, внутри которого расположены сигаретные фильтры, насыщаемые чернилами. От фильтров чернила поступали к фетровому стержню.

Советские фломастеры и табачная промышленность

У оригинальных японских фломастеров внутри корпуса находилась волокнистая набивка — отходы нейлонового производства. Набивка пропитывалась чернилами и поступала к стержню, который тоже был сделан из прессованных волокон нейлона.

Станкостроительный завод такими материалами не располагал, поэтому поначалу фломастеры набивали трубочками из папиросной бумаги, каждую из которых сворачивали вручную. Так продолжалось до тех пор, пока кому-то не пришло в голову, что сигаретные фильтры могут отлично заменить эти трубочки.

Руководство предприятия договорилось с табачной фабрикой имени Клары Цеткин о поставке обрезков сигаретных фильтров, которые раньше списывали, как отходы. Теперь же эти отходы нарезали и вставляли в корпус фломастеров — фильтры работали намного лучше, чем бумажные трубочки.

Пишущие стержни наловчились делать из фетра, который наклеивают на молоточки музыкальных инструментов — для изготовления фломастеров тоже понадобились лишь отходы этого материала . Фетр пропитывали смолой, сушили, нарезали на полоски и превращали в стержни.

Первые трудности с отечественными фломастерами

Самые ранние «Этюды» были далеки от совершенства. Они получались громоздкими и неуклюжими, вдобавок чернила из них постоянно вытекали, и рисовать было крайне неудобно. Поэтому конструкцию пришлось переделывать: фломастеры стали тоньше и изящнее.

Но оставалась еще одна проблема — чернила. Их рецептуру разрабатывали в НИИ органических полупродуктов и красителей, а делали на химическом заводе им. Фрунзе. И недостатком этих чернил, компоненты которых растворяли в спирте, было то, что они быстро высыхали и образовывали осадок, забивавший капилляры фетра. Японцы применяли растворители, которые испарялись более медленно (толуол и ксилол), но в СССР использование этих веществ запрещалось, поэтому приходилось делать чернила на спиртовой основе.

Интересно и то, что самые первые советские фломастеры поступали в магазины уже заполненные цветными чернилами. Чуть позже их стали выпускать пустыми, а чернила продавались отдельно. Что характерно, заполнять «Этюд» можно было и обычными чернилами «Радуга» — для авторучек, только не рекомендовалось смешивать чернила разных сортов: либо те, что для ручек, либо специализированные для фломастеров.

Кстати говоря, желающие могли изготовить чернила самостоятельно: в комплекте с фломастерами шел рецепт черных чернил.

Популярность фломастеров и планы на будущее

Хотя «Этюд» и обладал многими недостатками, все же он быстро завоевал популярность. Фломастерами пользовались железнодорожники для маркировки тары, художники-оформители, студенты и школьники. Писем на предприятие с просьбами увеличить выпуск этих фломастеров приходило немало, но завод мог делать всего лишь 200 000 экземпляров в год — для СССР это было каплей в море.

Бесспорно, инженеры не собирались останавливаться на достигнутом: планировались доработать конструкцию корпуса, разрабатывалась технология изготовления стержней из капрона, велась работа над созданием рецептуры новых, более стойких, чернил. В общем, все шло к тому, чтобы хотя бы частично приблизить «Этюд» к мировым стандартам и снизить недовольство потребителей качеством товара.

История первых советских фломастеров — это не только рассказ о бытовой новинке, но и пример того, как промышленность СССР старалась адаптироваться к мировым трендам. Пусть «Этюд» и не стал совершенным, но именно он напоминает нам о том, что даже за привычными вещами стоит целая эпоха находчивости и инженерного поиска.

Еще больше фактов о советской жизни:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

**************************************************

Как делали советские карандаши специального назначения

Сообщение Советские фломастеры «Этюд» — зачем в них вставляли сигаретный фильтр появились сначала на Life in the USSR.

Оказалось, что с приходом на рынок огромного количества новых моющих и чистящих препаратов, остро встала проблема утилизации тары из-под них. Все эти флаконы, банки, пузырьки и аэрозольные баллоны загромождали мусорные свалки, а порой и становились предметом для небезопасных детских игр (все же, наверное, помнят, как страшно и одновременно интересно было наблюдать за тем, что происходит с пустым аэрозольным баллоном, брошенным в костер где-нибудь подальше от бдительного ока родителей?)

Подсчеты советских экономистов оказались неутешительными: создавать специальные приемные пункты, организовывать перевозку пустой тары, ее сортировку, мойку и переработку оказалось совершенно невыгодно. Дешевле сделать новый пластмассовый флакон, нежели переработать старый. Но выход был найден: одним из решений стали влажные салфетки. Сделанные из ткани, бумаги или какого-нибудь полимера, и пропитанные специальными составами, они могли более успешно решить проблему и материальных/сырьевых затрат, и последующей утилизации.

Влажные салфетки и их достоинства

Преимущество салфеток очевидны: их производство не требует большого количества сырья, на упаковку идет в 15-20 раз меньше материала, чем для других средств бытовой химии, их удобно и хранить на складах, и транспортировать до торговых точек, да и самим хозяйкам гораздо быстрее и проще, например, пройтись по мебели влажной салфеткой с полирующим препаратом, нежели наносить специальные средства на поверхность, ждать, когда оно высохнет, а потом уже до блеска полировать все это мягкой тряпкой.

Помимо быта, влажные салфетки могли также пригодиться в туристических походах и в геологических экспедициях. Так, например, в конце 70-х была выпущена экспериментальная партия репеллентных салфеток «Репидэт», а для гигиенических целей производили салфетки, пропитанные освежающим составом. Кстати говоря, те освежающие салфетки были мало похожи на фирменную продукцию «Аэрофлота», который предпочитал добавлять столько парфюмированной отдушки, что после использования такой салфетки у многих начиналась головная боль.

Два основных вида советских влажных салфеток

Сухие влажные салфетки — звучит несколько парадоксально, но именно на эти две категории и подразделялась вся продукция такого плана: салфетки сухие и салфетки влажные. Влажные относились к одноразовым изделиям: освежающие, дезинфицирующие, репеллентные, пятновыводящие. Их делали следующим образом: в герметичный пакет из полиэтилена, дублированного фольгой, вкладывали либо листок специальной бумаги, либо небольшой лоскут ткани. Затем в упаковку впрыскивали пропитывающий состав и заваривали ее края.

Для каждого вида салфетки использовали свой раствор:

• освежающая салфетка: этиловый спирт (45%), глицерин (3,6%), ментол (0,5%), остальное — вода;
• салфетка для протирки оптики: глицерин (3,5%), алкилсульфат натрия (3,5%), остальное — изопропиловый спирт;
• салфетка-пятновыводитель: бензин (32%), метиленхлорид и метилхлороформ — соответственно 28% и 40%;
• салфетка для ухода за обувью: сложная композиция из полимерных латексов.

Сухие влажные салфетки

Эта категория салфеток была многоразового использования — пылесвязывающие, полировочные, антистатические, чистящие. Их делали, пропитывая бумагу или ткань специальными растворами, эмульсиями или суспензиями. Основное производство сухих салфеток было сосредоточено на Куйбышевском заводе бытовой химии. Там технология была такой: горячий состав (парафин, церезин, медицинский вазелин и вазелиновое масло) наливали в большую подогреваемую емкость, куда погружали полотно. Затем ткань охлаждали и отправляли на автоматы, которые нарезали ее на кусочки и упаковывали в полиэтиленовые пакеты.

Как правило, пропитывающие составы делали на основе масел и водных эмульсий восков. Например, для полирующих салфеток эмульгировали пчелиный воск и нефтяное масло. Салфетки для ухода за линолеумом и паркетом пропитывали смесью церезина и буроугольных восков. В составы для ухода за мебелью могли добавлять мелкий абразив — например, белую сажу, которая шлифовала мелкие царапины и потертости, что улучшало внешний вид поверхности. Пропиточный состав для автомобильных салфеток состоял из водной эмульсии твердых восков.

Какие влажные салфетки планировалось выпускать в СССР

В СССР первые влажные салфетки появились ближе к началу 70-х гг. и спустя 8-10 лет их ассортимент насчитывал около 15 наименований. К слову сказать, за рубежом в это же время выпускалось более 50 наименований салфеток, и их ежегодные тиражи насчитывали около 450 млн шт. В Советском Союзе салфеток производили чуть менее 5 млн шт. в год — возможно, этим и объясняется то, что в продаже подобный товар встречался не так часто, как хотелось бы.

Однако специалисты в отрасли разработки новинок бытовой химии не довольствовались существующим ассортиментом. Так, например, Ужгородский завод бытовой химии планировал выпуск абразивных влажных салфеток для чистки кухонной посуды из алюминия и стали. Это же предприятие разработало махровые влажные салфетки для чистки овощей: ткань пропитывали техническими смолами в смеси с абразивом.

Также в конце 70-х были разработаны салфетки для очистки рук от сильных загрязнений (горючее, масла, смазочные материалы и т.д.), салфетки для очистки подошвы утюгов и влажные салфетки для чистки изделий из драгоценных металлов.

Несмотря на ограниченные тиражи и скромный ассортимент, влажные салфетки в СССР стали любопытной вехой в развитии бытовой химии. Они решали не только практические, но и экологические задачи — задолго до того, как это стало мировым трендом. Советские разработчики стремились создать средство, которое было бы удобным в использовании, дешевым в производстве и минимально вредным для окружающей среды.

Да, масштабы были несопоставимы с зарубежными, но сама идея оказалась довольно прогрессивной. Более того, в тех салфетках угадываются черты современных: от антибактериальных до полирующих. Влажные салфетки могли бы стать настоящим хитом на полках советских магазинов, но даже при небольших тиражах они показали, что бытовая химия может быть компактной, практичной и технологичной.

_____________________________________________________

Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Сухие влажные салфетки советских времен появились сначала на Life in the USSR.

«В мире животных»

В этой передаче было прекрасно все: и музыкальное оформление, и красивая заставка, и сам формат подачи информации. Ведь когда в кадре появляется Николай Дроздов — можно не отрываясь смотреть хоть про жизнь коал, хоть про миграцию тараканов.
Для взрослого зрителя это была просто интересная научно-популярная передача. А для ребёнка — самый настоящий поход в зоопарк, который даже не надо было выпрашивать у родителей. Голос ведущего с характерными интонациями, увлекательнейшие рассказы про экзотических животных и невиданных птиц делали эфир почти магическим — не любить эту передачу было просто невозможно!

«Клуб кинопутешествий»

Эта программа — еще одна возможность увидеть большой и прекрасный мир. И если в реальности путешествия чаще всего ограничивались поездками на дачу, к бабушке в деревне или пионерский лагерь, то с помощью этой телепередачи можно было увидеть, как выглядит Африка, Антарктида, джунгли, пустыни…

Формат передачи сразу же подкупал тем, что она могла быть одновременно спокойной, как школьный урок, и волнующей, как любимый приключенческий роман. В ней не было шумных и броских эффектов, на которые так падки дети, но воочию убеждаться в том, как огромна и удивительна Земля, все равно было очень и очень интересно.

«Что? Где? Когда?»

Эта программа завораживала уже только одной необычной обстановкой: стол под зеленым сукном, вращающийся под характерную музыку волчок, торжественная тишина и знатоки, которые которые не могут не восхищать остротой ума и умением быстро принимать решения. Игра вызывала азарт, но особенно интересно было ощутить свою сопричастность к ней, если в вопросе упоминались знакомые сказки, птицы и животные, бытовые предметы — все то, что присутствует и в жизни детей. Если удавалось угадать ответ раньше знатоков, возникало восхитительное ощущение личной победы над интеллектом взрослых.

«Утренняя почта»

Передача, выходившая с 1974 года, представляла собой яркое музыкально-развлекательное шоу, в котором зрители могли увидеть выступления популярных артистов, звёзд эстрады, кино — за что, собственно, она и получила общенародную любовь и признание. Программа строилась на письмах телезрителей, причем, наряду с песнями для взрослых порой звучали и детские, и это всегда внушало надежду: вдруг в следующем выпуске исполнят и твою заявку…

Конечно, далеко не всегда список исполнителей оправдывал ожидания: иногда передача наводила скуку и маленькой отдушиной становилась лишь песня какого-нибудь зарубежного певца в самом конце программы. И все же, в отличие от формальных концертов, которые обычно транслировались по телевидению в праздничные дни, в «передаче «Утренней почте» царила яркая, какая-то праздничная атмосфера, за что ее невозможно было не любить.

«Мелодии и ритмы зарубежной эстрады»

Еще одна музыкальная передача, которая одинаково нравилась и взрослым, и детям тем, что слегка приоткрывала окно в мир современной зарубежной культуры. Программа имела «плавающее» расписание, т.е. в эфир выходила не по четко установленному расписанию, а, похоже, лишь по мере накопления и подготовки материала.

Несмотря на то, что большая часть времени отводилась никому неизвестным исполнителям, все же смотреть на них было интересно: иная, свободная и раскрепощенная, манера поведения, необычные костюмы, замысловатые прически, оригинальные украшения и сценический макияж — все это, конечно же, привлекало внимание не только взрослых, но и детей. Ну и возможность собственными глазами увидеть Джо Дассена или знаменитый ансамбль ABBA, тоже немалого стоила.

«Вокруг смеха»

Далеко не вся сатира и юмор этой уникальной передачи были понятны ребенку, но ее атмосфера была настолько располагающей и дружелюбной, что даже слишком сложные для детей шутки не могли испортить общего впечатления. Кроме того, многие номера строились на простых и смешных ситуациях: бытовые курьезные сценки, забавные диалоги, комичные преувеличения — все то, что было понятным зрителю любого возраста.

«Очевидное — невероятное»

Но, разумеется, не одни развлекательные телепрограммы привлекали внимание советского ребенка. «Очевидное — невероятное» — одна из самых умных передач, какие только появлялись на телевидении, но это совсем не мешало ей пользоваться огромным успехом. Магия науки, которой руководил харизматичный ведущий Сергей Капица, не просто завораживала, а понемногу формировала умение критически мыслить и мечтать о собственных открытиях.

Ну и конечно же, очень увлекательно было смотреть выпуски на темы, волнующие умы всего человечества: о снежном человека, Лох-несском чудовище, Тунгусском метеорите, летающих тарелках, возможностях гипноза или о потенциальных изобретениях будущего.

Конечно, это далеко не полный список «взрослых» телепередач, которые с удовольствием смотрели и дети. Рядом с ними стоят «Кинопанорама» с ее волшебным миром кино, заводные конкурсы «А ну-ка, девушки!», увлекательные изобретения в «Это вы можете», искрометные шутки КВН и многие другие программы. Но что их всех объединяет? Удивительная способность говорить со зрителем любого возраста на языке искренности, доброты и настоящих эмоций.

Сегодня, когда у каждого есть персональный «экран «телевизор» с индивидуальной подборкой контента, особенно остро ощущается ценность тех общих телевизионных моментов, которые собирали всю семью у голубого экрана. И пусть время неумолимо движется вперед, но тепло этих воспоминаний остается с нами — как доказательство того, что настоящее телевидение может быть не просто развлечением, а частью нашей общей истории и культуры.

_______________________________________________
Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советские телепередачи для взрослых, которые нравились детям появились сначала на Life in the USSR.

Но какие бы методы защиты ни практиковались, далеко не всегда они оказывались эффективными. Моль, будь то платяная, шубная или мебельная — существо маленькое, но зловредное. Согласно советским статистическим данным начала 70-х гг., моль ежегодно уничтожала ткани, меха и текстильные изделия на сумму около полутора миллионов рублей в год.

Вопреки устоявшемуся мнению, что моль предпочитает только натуральные ткани, оказалось, что ей «по зубам» и смешанные волокна, и вискоза, и синтетика, и даже целлофан или полиэтилен. Причем поедают все это вовсе не те невзрачные бабочки, которые порой выпархивают из платяных шкафов и вынуждают всю семью их ловить, а гусеницы моли, которые на протяжении 1,5-4 месяцев растут, увеличивая свой вес (и соответственно, аппетит) почти в 300 раз.

Табак и ромашка: старинные средства от моли

Когда-то давно с молью боролись механическими средствами: вещи перед укладкой в сундук сначала хорошенько проветривали, выбивали и чистили. Чуть позже сюда добавилось «химическое оружие» — одежду и ковры пересыпали махоркой или сушеной ромашкой. Развитие химической промышленности подарило домашним хозяйкам камфору, которая моль отпугивала неплохо, но и улетучивалась очень быстро.

Чуть позже на смену камфоре пришел нафталин, который и стал одним из самых распространенных средств для борьбы с молью. Но, к сожалению, он отпугивал только бабочек, на яйца моли не оказывая никакого воздействия и совершенно не уменьшая аппетита гусениц, даже если их путь проходит прямо по тканям с нафталином.

Зная такую стойкость вредителей к воздействию нафталина, советская промышленность занялась разработкой более эффективного средства. Правда, это совсем не значит, что при этом отказались от традиционных препаратов — например, порошок «Пиретрум», представляющий собой смесь сушеной кавказской и далматской ромашки, иногда можно было найти в аптеках. Препарат хоть и значился, как средство от клопов, мух и прочих насекомых, при борьбе с молью он тоже был эффективен — наверное, поэтому и встречался в продаже так редко.

Антимоль пришла на смену нафталину

К середине 70-х советские опытные лаборатории при ряде НИИ выяснили, что эффективным «химическим оружием» против моли может стать кристаллическое летучее вещество — парадихлорбензол. Его пары способны уничтожать моль на любой стадии ее существования, но вся проблема заключалась в том, что этот препарат токсичен не только для моли, но и для животных, и для человека. В США, например, при массовом производстве этого вещества были сразу же установлены нормативы на его предельно допустимую концентрацию в воздухе.

В СССР такие нормативы устанавливать не стали, введя их только для паров нафталина и нескольких других таких же токсичных препаратов от моли. На основе парадихлорбензола был изготовлен препарат «Антимоль», выпускаемый комбинатом «Ленбытхим», Уфимским и Березниковским содовым заводом в виде таблеток. Считалось, что трех-четырех таблеток, помещенных в шкаф, достаточно для того, чтобы уничтожить моль, но не навредить здоровью обитателей квартиры.

Московский филиал НИИ «Химпроект» разработал собственное средство от моли под рабочим названием «Протолан», которое тоже воздействовало на вредителей на всех стадиях их существования. Препарат выпускали в виде таблеток, в составе которых имелись нафталин, мощный инсектицид и отдушка, слегка перебивающая характерный резкий запах.

Беззащитные ковры и новые средства от моли

Но оба препарата умели эффективно работать только в замкнутом пространстве, которое насыщали ядовитыми парами. А вот мебель или ковры все равно оставались незащищенными от воздействия моли. Поэтому промышленности пришлось взяться за разработку жидкого контактного средства, безвредного для человека и домашних животных. Самым первым отечественным препаратом стал «Антимоль ковровый», в составе которого помимо токсичного для моли вещества имелся также керосин и отдушка.

Сначала «Антимоль ковровый» в жидком виде выпускало ПО «Ленбытхим» и Дрогобычский завод бытовой химии, а ближе к концу 70-х гг. Невинномысский завод освоил производство этого же препарата, но в современной аэрозольной упаковке.

Примерно в те же годы была подготовлена первая опытная партия жидкого средства «Супромит». Оно обладало более медленным действием, чем «Антимоль» — для уничтожения моли и гусениц ему требовалось около 5-7 дней, зато эффект длился несколько месяцев. Преимуществом «Супромита» была и приятная отдушка, позволявшая обрабатывать верхнюю одежду и не бояться, что окружающим станет плохо от характерного запаха, как это бывало в случае с нафталином.

К сожалению, серийное производство новых препаратов началось несколько позже заявленных сроков, да и партии были недостаточными, чтобы покрывать реальную потребность покупателя. Ситуация усугубилась в 1988 году, когда нафталин был признан канцерогенным веществом и его производство запретили. Новые средства от моли в продаже встречались пока еще редко, а нафталин с прилавков пропал совсем, поэтому приходилось пользоваться «бабушкиными методами».

Сегодня, когда полки магазинов ломятся от современных инсектицидов, эти истории кажутся почти музейными. Но они напоминают о том, что даже такая мелкая проблема, как моль, когда-то требовала от целой страны научных разработок, тонн нафталина и изобретательности домашних хозяек.

***************************************************
Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Колорадский жук в СССР и мифы об американской диверсии

Сообщение Средства от моли в СССР: от газет до запрещенных таблеток появились сначала на Life in the USSR.

А бумаги реально не хватало: то и дело возникали перебои с оберточной и туалетной бумагой, по-прежнему в дефиците оставались хорошие книги или красивые обои, Министерство целлюлозно-бумажной промышленности чаще остальных ведомств не выполняло плановых заданий — оказывается, причиной тому были проблемы с переработкой макулатуры.

Почему перерабатывающие предприятия не любили заниматься макулатурой

На самом деле, собрать тонны старой бумаги — это полдела; гораздо важнее было преодолеть серьезные препятствия на пути ее переработки. Первой проблемой стала очистка макулатуры от типографской краски. Заботясь о том, чтобы чернила или типографская краска надежнее держались на бумажном листе, никто не задумывался о том, что однажды это сырьё нужно будет каким-то образом очищать и обесцвечивать.

Второй серьезной проблемой стало измельчение бумажного волокна в ходе переработки. Хорошая бумага не должна быть хрупкой и ломаться, если ее сгибаешь. Гибкость листа обеспечивает длина волокон: чем они длиннее — тем лучше. Во время переработки вторсырья большая часть волокон слишком сильно измельчается, а технологии, позволяющие этого избежать, обходились предприятиям слишком дорого. По этой причине производство бумаги из макулатуры становилось просто невыгодным.

Ну и дополнительным фактором, из-за которого перерабатывающие предприятия неохотно брались за макулатуру — это неоднородность бумажного сырья. Люди собирали и сдавали все подряд: старые книги, тетради, газеты и журналы, оберточные листы, картонную упаковку — лишь бы по весу получалось побольше. И любые попытки принимающих вторсырье предприятий как-то все это классифицировать и сортировать, особым успехом не увенчались.

Что происходило с макулатурой после сбора

Когда старая бумага попадала на перерабатывающие предприятия, самое первое, что с ней делали — это измельчали и с помощью магнитов отделяли металлические элементы — скрепки, скобы и т.д. На заводах с хорошим современным оборудованием могли еще отсортировать бумажные обрывки пневматическим способом: легкие и сухие отделялись от влажных или промасленных.

После этого приступали к самой дорогостоящей операции — удалению типографской краски, чернил, сложных загрязнений. Если очень кратко и примерно, то делалось это так: вторсырье помещали в раствор специальных препаратов, которые превращали макулатуру в целлюлозную смесь. Затем массу сгущали и обрабатывали паром — такая обработка удаляла множество загрязнений вроде воска, битума, жира и пр.

Также очистке целлюлозы способствовали высокие температуры, более интенсивное измельчение, воздействие ультразвука — в зависимости от возможностей оборудования на перерабатывающем предприятии. Но каждый из этих приемов приводил к укорачиванию волокон и, соответственно, ухудшению качества будущей бумаги. Поэтому вплоть до 80-х гг. из макулатуры делали только упаковочный картон, а не бумагу для книг или журналов.

Светлая бумага и темная сторона её производства

Последняя стадия очистки бумажной массы — это ее отбеливание, ведь в исходном сырье могли быть и цветные обрывки, и пожелтевшие от старости. Как правило, отбеливание производили при помощи водно-хлорных растворов высокой концентрации, чуть реже — перекисью водорода или гипохлорита.

Но в любом случае, производственных отходов, возникающих на всех этапах очистки вторсырья, возникало очень много, и их безопасная утилизация обходилась перерабатывающим предприятиям очень дорого. Конечно же, среди них всегда находились «экономные», предпочитающие не вывозить отходы на очистные сооружения, а потихоньку сливать их куда-нибудь в водоемы, но такой подход грозил серьезными штрафами. Поэтому большинство руководителей все же старалось добиться от вышестоящих ведомств соответствующих ассигнований на утилизацию.

Любопытно то, что уже в конце 70-х гг. были найдены способы безотходного производства бумаги из вторичного сырья. Так, например, металлические элементы годились для использования в металлургии; минеральные и смолистые включения подходили для строительной индустрии — даже проводились успешные опыты по прессованию стройматериалов и изготовлению дорожного покрытия из этих примесей.

Но интереснее всего оказались эксперименты в сельском хозяйстве. Бумажную массу смешивали с размолотой соломой и делали из этого сырья очень дешевый картон. На него наклеивали семена растений и расстилали по полям или отдельным грядкам. «Посевной» картон хорошо пропускал воду, поэтому семечки быстро прорастали, протыкали корешком лист и укоренялись в земле, а вот семена сорняков оставались под укрытием и не мешали культурным растениям.

Сбор макулатуры в убедительных цифрах

Кроме того, было подсчитано, что сбор макулатуры и последующее изготовление бумаги из этого вида вторсырья уменьшает расход электроэнергии и воды на 60% по сравнению с изготовлением целлюлозы из древесины. Также на 60-70% снижается загрязнение атмосферы и на 14% уменьшается количество стоков.

Но, к сожалению, несмотря на то, что использование макулатуры могло быть и эффективным, и целесообразным, советская промышленность предпочла расширять производство целлюлозы. По данным на 1980 год в Японии перерабатывалось 37% производимой бумажной продукции, в Италии — 39%, в ФРГ — 32%, в США — 30%, а в СССР эти показатели еле-еле дотягивали до 20%.

Сегодня сбор макулатуры снова становится актуальным, и уже не как школьное задание-«обязаловка», а как логичный шаг к экологичному будущему. И глядя на опыт СССР, становится очевидно: одного лишь энтузиазма людей недостаточно — важны ещё технологии, инфраструктура и мудрый государственный подход. Иначе тонны собранной бумаги так и останется бесполезным сырьем…

****************************************
Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Как в Советском Союзе делали бумажные полотенца

Сообщение Сбор макулатуры в СССР: зачем это делали и почему бумага всё равно была в дефиците появились сначала на Life in the USSR.

Когда придумали пластилин?

Но каким бы широким ни было применение пластилина, материал этот появился на свет задолго до XX столетия. Первые упоминания о нем относятся к XVI веку: один из архитекторов того времени описывает способы изготовления «лепного воска», который и считается предком пластилина.

Дело в том, что глина, которая с древних времен применялась в скульптуре, была неудобной по той простой причине, что слишком быстро высыхала, особенно если дело касалось мелких тонких деталей. Поэтому мастерам очень не хватало пластичного, не высыхающего, но плотного материала, которым и стал лепной воск. Его делали из смеси воска, черной смолы и сала, к которым добавляли скипидар. Если же нужна была цветная масса, то к составу примешивали киноварь (получался красный цвет), сурик (желтый цвет) или окись меди (зеленый цвет).

Со временем рецептур такого пластилина стало очень много: каждый скульптор предпочитал делать собственную смесь. Но все их объединяло наличие трех основных компонентов: наполнитель, связующее вещество и пигмент. Любопытно то, что рецепты этих составов дожили и XX столетия: в середине 1960-х гг. издательство «Советский художник» выпустило книгу, где подробно рассказывалось, как своими руками приготовить пластилин под конкретный вид скульптурных работ.

Как делали советский пластилин

Тот пластилин, который одни советские дети использовали для творчества, а другие — чтобы делать шарики, которыми плевались через трубочку, в СССР выпускало более 30 предприятий. Делали его по классической, еще средневековой схеме: наполнитель + связующее вещество + пигмент. Так, например, для изготовления пластилина белого цвета брали каолин, смесь парафина с нефтяным маслом, нефтяной парафин, сосновую канифоль, цинковые белила. Ну а чтобы получить другие цвета, достаточно было вместо белил взять другие пигменты.

Производство пластилина представляло собой несложный, но по-своему трудоемкий процесс. В подогреваемый котел загружали расплавленную смесь парафина с нефтяным маслом, парафин и канифоль и все это перемешивали. Затем потихоньку подсыпали глину и пигмент, продолжая перемешивать и подогревать смесь.

В таком жидком виде масса поступала в охладитель, где вращался барабан, наматывающий ее на себя в виде непрерывной ленты. Охлаждаясь, она моментально застывала и автоматические ножи срезали ее с барабана. Получившиеся ленты пропускали через прессы, откуда появлялись уже брусочки с рельефной поверхностью — теми самыми полосками, которые всегда присутствовали на советском пластилине. Эти, еще теплые, брусочки подхватывали стоящие у конвейера работники и раскладывали по деревянным лоткам.

Почему советский пластилин был таким бледным

После того, как бруски остывали, их также вручную раскладывали по картонным коробкам. Вот эта монотонная, неавтоматизированная работа и придавала всему процессу ту трудоемкость, о которой упоминалось выше. Попытки автоматизировать производство, конечно же, предпринимались, но теплые пластилиновые бруски оказывались слишком нежными для механических манипуляторов, поэтому работать приходилось по старинке, вручную.

Готовая продукция обязательно проходила через ОТК (отдел технического контроля). Там проверяли — хорошо ли она размягчается, не сильно ли липнет к рукам, не окрашивает ли горячую воду, не рвется ли при моделировании и т.д. И если потребителя качество пластилина, как правило, устраивало, то к его бледноватому, невыразительному цвету нередко возникали нарекания — многие хотели бы видеть более яркую и насыщенную палитру.

Оказывается, все дело было не в красителях, которые, кстати, сами по себе были неплохи, хотя из соображений безопасности и использовался очень ограниченный круг веществ. Серый фон, который поглощал яркость красителей, придавал пластилину темный петролатум (смесь парафина с нефтяным маслом). Такой цвет ему обеспечивали примеси, избавляться от которых было и долго, и дорого — в магазины пластилин поступал по очень низкой цене, практически по себестоимости, и если бы в технологию его изготовления включили бы процесс очистки петролатума, то далеко не каждый покупатель смог бы позволить себе такую покупку…

Сотни килограммов пластилина для памятника

Совсем иное дело обстояло с другим видом пластилина — тем, который затвердевал после термической обработки. В 1970-е годы ВНИИ «Химпроект» разработал пластилин, который отличался довольно яркой окраской за счет отсутствия в составе петролатума и парафина, а заодно и мог затвердевать, если изделие окунали на несколько минут в горячую воду или помещали в сушильный шкаф.

Его единственным недостатком была, пожалуй, повышенная плотность — разминать такую массу было еще сложнее, чем «классический» вариант. Детям, увлеченным мелким моделированием или просто изготовлением различных поделок (девочки, например, часто делали кукольную посуду), такой пластилин очень нравился. А вот серьезным скульпторам такой материал не подходил, для них делали специальный пластилин — этим занимался Ленинградский завод красок и Подольский комбинат Художественного фонда.

Кстати говоря, именно на этом комбинате в начале 1970-х по просьбе скульпторов был разработан специальный вид очень плотного пластилина. В его состав входило намного больше каолина и канифоли, чем в «детские» варианты, а окрас всегда был серовато-зеленым: считалось, что яркие тона отвлекают внимание от формы, что скульптору совершенно ни к чему. Интересно то, что именно из такого пластилина были сделаны эскизы памятника в честь победы на Курской дуге — у скульптора Е. В. Вучетича ушло несколько сот килограммов этого материала.

В общем, если забавные мультики вроде «Падал прошлогодний снег», «Брэк» или «Пластилиновая ворона» относятся к вашим любимым, то теперь вы знаете, как и из чего был сделан основной материал, использованный в этой анимации. Кстати говоря, на одну только «Пластилиновую ворону» у художников ушло около 800 кг пластилина…

****************************************************
Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Почему советский пластилин делали наполовину вручную появились сначала на Life in the USSR.

С чего начиналось декорирование зданий керамикой

Украшение домов, магазинов, социальных объектов и прочих архитектурных строений в советское время всегда начиналось с тандема архитектор — художник. На этапе проектирования обсуждаются общие черты будущего декора, затем создаются эскизы, которые комиссия художественного совета либо принимает, либо отказывается утверждать. И только после этих подготовительных процедур художник принимался за работу.

Увлечение художников керамикой распространялось преимущественно на малые скульптурные формы или имело чисто утилитарное, бытовое предназначение, поэтому тем интереснее выглядел этот материал в монументально-декоративном искусстве, когда изделиями из терракоты украшали фасады зданий или отделывали ими внутренние помещения.

Как делали глину для керамического декора

Если гончары-кустари тратили на подготовку глины до 70% времени, уходящего на изготовление изделий, то профессиональным скульпторам материал поставляли уже готовым для применения. Такой подготовкой занимались кирпичные заводы: глину, добытую в карьерах, сначала смешивали с определенной культурой бактерий и выдерживали этот состав несколько дней при определенной температуре.

За это время ферменты разрушали в глине посторонние включения, и материал становился очень мягким, эластичным. Такую глину дробили и смешивали с водой, чтобы особо крупные частицы осели на дно емкости. Затем на фильтр-прессе воду отделяли и пропускали глину через следующий фильтр, который удалял воздух.

Из одной части такой глины формовали небольшие кирпичики, обжигали их и размалывали — получался порошок, шамот. Он необходим для того, чтобы придать будущим изделиям прочность и монолитность. Шамот смешивали с оставшейся глиной, в результате чего получалась готовая для употребления масса, которая и поставлялась в мастерские скульпторов.

Изготовление декоративных деталей из глины

Получив глиняную массу, одни художники предпочитали делать из нее модели своих будущих изделий (с них потом сделают слепок и будут тиражировать в нужных количествах), другие же сразу лепили оригинал, существовавший лишь в одном-единственном экземпляре.

Заготовки раскрашивались растворами солей металлов: меди, никеля, хрома, железа и кобальта, окрас которых считался наиболее устойчивым к высоким температурам. Чем выше концентрация такого раствора — тем насыщеннее получался цвет. После нанесения раствора изделие обжигали в печи — варьируя температуру обжига, можно было дополнительно получить красивые оттенки используемых цветов.

Окислы железа, например, при сильном жаре давали наиболее сочные оттенки красного цвета; окись кобальта при стандартном нагреве давала красивый синий цвет, а при очень высокой температуре получался изысканный серо-голубой оттенок. Окись никеля при разных степенях нагрева могла давать как коричневые тона, так и травянисто-зеленые.

Впрочем, далеко не всегда результат обжига был предсказуемым: зачастую художник сам не знал, что получится, когда изделие будет извлечено из печи. Где-то краска могла немного потечь и смешаться с другой, создав интересный градиент, где-то мог получиться совершенно неожиданный оттенок — неоднократно получалось так, что случайный эффект художники старались закрепить специально, превратив его в свой «фирменный» прием.

К сожалению, к настоящему времени та советская монументально-декоративная керамика почти не сохранилась. Многие образцы были уничтожены при современном обновление фасадов и интерьеров, оставляя нам в наследство лишь то, что каким-то чудом сохранилось в музейных фондах, да и то — больше в виде иллюстраций к изданиям по советскому искусству…

_______________________________________________
Еще о жизни в СССР:

ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм

Сообщение Советская монументально-декоративная керамика: как украшали здания появились сначала на Life in the USSR.

И это неудивительно: к началу 80-х гг. в СССР эмалированная посуда выпускалась на 285 предприятиях, а на прилавки магазинов ежегодно поступало около 250 млн штук различных кастрюль, бидонов, чайников, кружек, мисок, ведер и прочей хозяйственной утвари. В 1979 году кто-то из любознательных статистиков подсчитал, что если, допустим, под Новый год все советские хозяйки выбросят свою старую эмалированную посуду, как это делают в Италии, то уже через год промышленность каждую такую семью обеспечит новым набором посуды из 4-5 предметов.

Как делали эмалированную посуду

Заготовку, т.е. остов будущего кухонного предмета вырубали из стального листа толщиной около 0,7 мм — получался такой прочный металлический диск. Его отправляли под пресс, который диск превращал в цилиндр, которому специальные автоматы немного закатывали края. Если эта заготовка планировала превратиться в кастрюлю, то основная работа была завершена. А вот если ей предстояло стать, например, чайником, то внутрь цилиндра вкладывали мощную резиновую грушу и с ее помощью «раздували» заготовку до нужной формы, остальное — сужение горловины, например, доделывали специальные автоматы.

Затем все эти будущие кастрюли, бидоны и чайники отправлялись в печь, чтобы при помощи высокой температуры снять напряжение в металле, возникшее после процедур штампования. Ну а после печи заготовки, покрытые окалиной, окунали в ванны с серной кислотой, или же пропускали их через агрегаты, обрабатывающие металл соляной кислотой. После таких процедур «расслабления» металла его поверхность становилась шероховатой, пригодной для нанесения эмали.

Но сначала будущим кастрюлям к корпусу приваривали ручки или же основания, к котором потом будут крепиться ручки из пластмассы. Напоследок заготовку промывали уже обычной водой, подсушивали и отправляли на грунтовку.

Тонкости нанесения эмали

Практически вся советская эмалированная посуда (не без исключений, конечно) имеет черный ободок по верхней кромке — кроме тех предметов, у которых на этом месте «поясок» из нержавеющей стали. Долгое время выпускали также чайники и кастрюли, у которых черными были еще и ручки, вне зависимости от основного цвета посуды. В чем секрет такого «цветового разногласия»?

Оказывается, лучше всего с металлом сцепляется та эмаль, в состав которой входят окислы никеля, кобальта и марганца — именно они и придают эмали черный цвет. Такой эмалью — грунтовой, покрывали те места посуды, где покрытию сложнее всего удержаться на поверхности из-за формы/изгибов этих деталей.

Конечно же, грунтовой эмалью покрывали не только ручки и верхние ободки, а все внутренние и внешние поверхности посуды, просто на остальных частях поверх грунтовой еще присутствовала и покровная эмаль. Чаще всего покровная эмаль была белой, но встречалась, разумеется, и цветная — были бы только на предприятии в наличии нужные пигменты. Кстати, без грунтового слоя тоже можно было обойтись, но только в том случае, если посуду делали не из стали, а из чугуна, к которому эмаль и так хорошо прилипала, без грунта.

Немного отсталый процесс эмалирования советской посуды

Загрунтованные изделия отправляли в печь, разогретую до 800-900 градусов. После обжига посуда приобретали черный цвет — тот самый, который можно увидеть, когда верхняя белая эмаль начинала облезать от долгой эксплуатации.

Остывшую после обжига посуду погружали в покровную эмаль, которая затвердевала и приобретала глянцевый нарядный вид. Затем всё это отправлялось на участки отделки, где наносили последние штрихи — украшали деколью или напыляли орнамент с помощью трафаретов. Поверх декоративной отделки наносили еще один слой эмали — уже прозрачный, после чего прикрепляли пластмассовые ручки и ободки из нержавейки, если того требовала модель.

Что же касается самой техники эмалирования — к началу 80-х гг. большинство европейских производств делали это с помощью роботизированных линий, распыляющих эмаль пульверизаторами. Это было и быстрее, и эстетичнее, поскольку эмаль всегда ложилась ровно, без потеков. В СССР такой техникой владели лишь два завода, да и те специализировались на обработке только плоских поверхностей: стенок газовых плит и холодильников.

Впрочем, даже несколько отсталая технология эмалирования не мешала выпускать вполне симпатичную и качественную посуду, которая и по сей день еще встречается в некоторых домах.

**********************************
Еще о жизни в СССР:
ВКонтакте
Одноклассники
Телеграм
*****************************

Гейзерные кофейники советских времен

Сообщение Почему советская эмалированная посуда имела черный ободок появились сначала на Life in the USSR.

Примерно в середине 60-х гг. безопасные лезвия начали потихоньку вытеснять клинковые (опасные) бритвы. Качество жизни, по сравнению с первыми послевоенными годами, постоянно росло, равно как и ее темп, и занятость работоспособного населения, поэтому далеко не всем мужчинам уже хотелось возиться с ритуалами бритья клинковой бритвой. Станок с безопасным лезвием позволял ускорить эту рутинную процедуру, да и от возни с правкой бритвы избавлял навсегда.

К началу 80-х в СССР лишь один-единственный завод продолжал выпуск клинковых бритв, но и он потихоньку сворачивал свою деятельность, переключаясь на производство не такого мало востребованного товара. Кстати говоря, даже у парикмахеров-профессионалов, которые дольше всех держались в своей любви к опасным бритвам, в 80-е годы все чаще встречались устройства, в которых были закреплены безопасные лезвия.

Сложности производства лезвий «Восход»

Столичное объединение «Мосточлегмаш» под востребованную покупателем продукцию специально отстроило новый просторный цех. Интересно то, что из всех работников этого цеха в штате числились лишь наладчики и контролеры ОТК: все производство было полностью автоматизировано.

Для изготовления лезвий требовалась тонкая лента из стали с определенным процентным содержанием хрома. Углерода в этой заготовке было совсем мало, что и позволяло сделать лезвия более мягкими и с более тонким острием, нежели у той же «Невы». Ну и конечно же, то, что хром делал сталь нержавеющей, тоже было довольно ценным преимуществом перед остальными лезвиями.

Правда, вот производить такую ленту, да еще чтобы она была чистой, ровной, однородной и по структуре, и по составу, умели лишь на одном-единственном заводе в подмосковной Электростали. Конечно же, такого объема, что могло выдавать это предприятие, не хватало для производства запланированного количества лезвий, поэтому стране приходилось закупать материал в Японии, Англии, Швеции — что частично объясняет хорошее качество лезвий «Восход».

Как делали безопасные лезвия

Такой простой, на первый взгляд, предмет, как лезвия, требовал выстраивания целой цепочки ответственных операций. Сначала прессы вырубали в ленте перемычки и отправляли ее на прогрев в печь. Затем раскаленная лента проходила между двумя плитами, охлаждаемыми водой и таким образом получала начальную степень закалки. Основной процесс закалки стали проходил уже в морозильной камере, где температура достигала отметки минус 63 градуса.

После этих испытаний ленту проверяли на деформацию: если она где-то хотя бы немного покоробилась, т.е. некоторые ее участки неплотно прилегали к контрольной поверхности, их с помощью прессов безжалостно вырубали. После этого лента направлялась в печатную машину, которая проставляла оттиски с надписью «Восход».

На последнем этапе следовала самая ответственная операция — заточка. Лента последовательно проходила через круги с крупным, мелким и очень мелким абразивным зерном. Затем нож разрубал заготовку на отдельные лезвия, которые подвергались интересному способу контроля под романтическим названием «Черный бархат».

Черный бархат для лезвий «Восход»

Когда нож разрубал ленту на тысячи отдельных деталей, то при свете очень яркой контрольной лампы упаковка лезвий выглядела сплошной черной поверхностью. Если какой-то экземпляр имел дефект — неправильная заточка, искривленная режущая кромка, то эти недостатки проявлялись в виде светлых точек.

Такой контроль осуществлялся дважды: после заточки и после правки лезвий на специальных головках из воловьей кожи. Если после заточки толщина лезвия составляла около 2 мкм, то после правки она не превышала 1 мкм. Напоследок кромки лезвий покрывали фторопластом, который по своей сути выступал в роли твердой смазки, снижающей трение кромки о волосы. Само собой, после первого же использования лезвия часть фторопласта облезала, но того, что оставалось, хватало примерно на 6-8 раз комфортного бритья.

Особенности ленинградского «Спутника» и заграничных аналогов

Как упоминалось чуть выше, аналогом лезвий «Восход», т.е. производимым по тем же технологиям, были лезвия «Ленинград» и «Спутник». Но у последней марки была своя «фирменная» особенность — перед нанесением фторопласта кромку каждого лезвия «Спутник» хромировали в вакуумной камере методом напыления.

Тоненький слой хрома повышал и стойкость, и твердость лезвия, благодаря чему его можно было использовать при бритье чуть дольше, чем «Восход». Ну а если таким лезвием пользоваться для исправления двоек в школьном дневнике, то ему вообще сносу не было!

Лезвия из нержавеющей стали, о которых шло повествование, безусловно, по качеству и по удобству использования превосходили своих собратьев из углеродистой стали, к которым относилась печально известная «Нева» или «Балтика». Но, правда, что «Восход», что «Спутник» уступали югославским MEM или голландским лезвиям Schick, у которых острия покрывали тончайшим слоем платины.

Рекомендации советских парикмахеров-профессионалов

Кстати говоря, если качество «Невы», действительно, оставляло желать лучшего и нарекания были вполне справедливы, то жалобы на прочие виды лезвий порой объяснялись всего лишь их неправильным использованием. Так, например, немногие обращали внимание на совет не переставлять лезвие в станке другой стороной и не менять затяжку головки прибора.

Ведь чтобы режущая кромка долго оставалась острой, угол, под которым она находится по отношению к лицу, должен быть постоянным. Мягкое лезвие «прирабатывалось» к лицу, как прирабатываются друг к другу детали в одном механизме. И перестановка приработанных деталей всегда приводит к повышенному износу. При бритье происходит то же самое: изменение угла нарушает «приработку», ускоряет износ кромки лезвия.

Второе условие — это обязательное использование горячей воды. Вода размягчает и кожу, и волоски, т.е. уменьшает усилие разрезания. Кроме того, она способствует сохранению остроты кромки: при бритье на нее налипают мельчайшие частички металла, которые смываются при погружении лезвия в горячую воду.

Третье условие — использование специальных средств для бритья, а не обычного туалетного мыла. Кремы и пасты для бритья имели повышенное содержание щелочных компонентов для лучшего размягчения и частичного разрушения наружного слоя волосков. Это снижало усилие работы режущей кромки, а значит, увеличивало срок службы лезвия.

**********************
Еще о жизни в СССР:

ВКонтакте

Одноклассники

Телеграм

*****************

О заводных и механических бритвах советских времен

Сообщение Как делали советские лезвия «Восход» появились сначала на Life in the USSR.